К архиву новостей

Смех сквозь века: сатира М. Е. Салтыкова-Щедрина

Наши редкости

М. Е. Салтыков-Щедрин – пожалуй, самый страшный юморист в истории русской литературы. Его сатиру редко читают, весело посмеиваясь; чаще – с холодком внутри, нервно оглядываясь по сторонам. Это не легкая ирония и не безобидная карикатура. Это хирургический инструмент, которым он вскрывал общественные язвы, и одновременно увеличительное стекло, превращающее обывателя в чудовище.

Прошло почти полтора века, а созданные им образы не просто живы – они мутировали, приспособились к нашей эпохе и по-прежнему смотрят на нас с экранов и из новостных сводок.

Сегодня мы разберем особенности сатиры писателя, через труды выдающихся советских литературоведов, которые сохраняют свою актуальность до сих пор.

Книга Александра Ивановича Ефимова «Язык сатиры Салтыкова-Щедрина» (Москва, 1953) представляет собой серьезное исследование, созданное в традициях советской науки того времени. Главное, что отличает эту работу от других, – автор изучает сатиру писателя не с точки зрения философии, истории или сюжетов, а прежде всего как языковое явление. Его интересует сам язык писателя, но при этом он постоянно связывает язык с обществом, то есть применяет социологический подход. Главная ценность этой книги – в подробнейшем разборе того, как именно работает словесное мастерство Щедрина.

Автор показывает, как через манеру говорить Щедрин разоблачает своих персонажей. Речь чиновников, помещиков, кулаков выдает их классовую сущность – глупость, лицемерие, паразитизм. Казенный язык (канцелярит) для Щедрина – это не просто уродливая манера выражаться, а прямое отражение уродства самой государственной машины, а сладенькая болтовня Иудушки Головлева – это портрет хищника, который прикрывается красивыми словами. С точки зрения ученого, когда писатель высмеивает речевые штампы, моду на иностранные словечки и пустую салонную болтовню, он тем самым борется за подлинно народный и демократический литературный язык.

В отличие от предыдущей работы следующая книга «Сатира Салтыкова-Щедрина» (Москва, Ленинград, 1959) литературоведа Алексея Сергеевича Бушмина рассматривает сатиру как особый способ мыслить и видеть мир. Его главная мысль такая: гротеск и преувеличения Щедрина – это не искажение правды ради смеха, а честный способ показать скрытую суть вещей. Даже когда персонажи похожи на кукол, а истории рассказываются эзоповым языком, это всё равно настоящий реализм.

Автор исследует, как работает творческая кухня писателя. Например, как из обычного жизненного наблюдения рождается такой символ, как город Глупов. Он объясняет, почему от психологического романа «Господа Головлевы» писатель пришел к звериным маскам в «Сказках». Также он показывает, что смех у сатирика очень разный: где-то мягкий, где-то злой, а иногда достигает высоты настоящей трагедии. И наконец, ученый сравнивает Щедрина со Свифтом и Диккенсом, показывая, что он писатель мирового уровня.

Творчество писателя как прямое оружие политической борьбы рассматривается в книге Евгения Ивановича Покусаева «Революционная сатира Салтыкова-Щедрина» (Москва, 1963).

Автор строит свой рассказ так, чтобы мы увидели Щедрина не как бронзовый памятник, а как живого, страстного публициста. Основная мысль, которая красной нитью проходит через всю работу, – сатира Щедрина была особым, революционным оружием. Е. И. Покусаев подробно разбирает, как писатель создавал свои произведения в эпоху жесточайшей цензуры. Он объясняет сложность эзопова языка, которым Щедрин владел в совершенстве.

Читая представленный труд, начинаешь понимать: каждая метафора, каждый гротескный образ градоначальника с фаршированной головой или «премудрого пискаря» ¬это зашифрованный, но мощный удар по самодержавию, крепостничеству и либеральной болтовне.

В книге очень убедительно раскрывается понятие «политической сатиры». Ученый показывает, что смех Щедрина – это не легкое зубоскальство над бытовыми недостатками. Это протест целой «общественной совести». Исследователь дотошно анализирует «Историю одного города», «Господ Головлёвых» и сказки, доказывая, что фантастика и гротеск служили у Щедрина единственной цели – вскрыть уродливую механику власти и показать трагическое положение народа. Пожалуй, один из самых сильных моментов труда Покусаева – это размышление о том, как Щедрин боролся с Иудушкой Головлёвым не как с конкретным человеком, а как с социальным явлением, с «пустословием и пустоутробием», разъедающим душу общества.

В завершении обратимся к фундаментальной работе Марии Сергеевны Горячкиной. Если предыдущая книга, о которой мы говорили, сфокусирована на политической заостренности сатиры как оружия, то труд М. С. Горячкиной под названием «Сатира Салтыкова-Щедрина» (1965) – это попытка охватить художественную систему писателя целиком, объяснить её эстетическую природу.

Ключевых идей в работе три. Первая – единство сатирического и трагического. Автор замечает, что читателю часто становится страшно именно там, где должно быть смешно – этот сплав рождён болью писателя за униженного человека. Вторая идея – природа гротеска и гиперболы. «Органчик» в голове Брудастого или иная фантастика не уводят от правды, а обнажают скрытую суть явлений. Это реализм, сгущённый до предела. Третья – эволюция сатирика. М. С. Горячкина шаг за шагом исследует как угол зрения писателя поднимается от психологической сатиры к социально-философским обобщениям.

Книга помогает за смешными и уродливыми масками щедринских персонажей разглядеть точный диагноз общественной болезни и понять главное: сатира Щедрина – не осмеяние ради смеха, а суровая форма познания действительности.

Делая выводы, еще раз можно убедиться, что суть сатиры М. Е. Салтыкова-Щедрина – в умении через смех и гротеск обнажить трагическую правду о человеке и обществе. Пока существуют иудушкино пустословие, чиновничье бездушие и обывательская трусость, его суровый, требовательный смех остаётся не памятником литературе, а живым, работающим оружием.

В юбилейный год сатирика, рекомендуем снова обратиться к его творчеству и работам, которые детально раскроют актуальность произведений.

17.07.2026 | Просмотров: 14